22 июня 1941 года — день, который навсегда расколол историю на «до» и «после». Для миллионов советских людей эта дата стала началом трагедии, длившейся долгих 1418 дней и ночей — самой кровопролитной войны в истории человечества. Сегодня, в День памяти и скорби, мы склоняем головы перед павшими воинами и миллионами мирных жителей, ставших жертвами фашистской агрессии.
Но задолго до того, как танки вермахта пересекли границу, нацистские власти уже вовсю проявляли свою агрессивную сущность. Год за годом они жестоко расправлялись с инакомыслием и антивоенными выступлениями, насаждали агрессивную пропаганду, целенаправленно разрушали мыслящий культурный слой германского общества, ниспровергали моральные авторитеты и одурманивали народ лживыми лозунгами, разжигая в нем низменные инстинкты и желания. Костры из книг 10 мая 1933 года стали зловещей и пророческой репетицией той всесжигающей войны, которая вскоре накроет всю Европу.
Есть ещё одна память, связанная с этой датой. 22 июня 1898 года, ровно за 43 года до той роковой рассветной поры, в немецком Оснабрюке родился тот, кто попытался встать на пути нацистского рейха — писатель, которого гитлеровцы сжигали на кострах, лишали гражданства и травили как «предателя нации». Его звали Эрих Мария Ремарк. Его судьба — это пример талантливого голоса, вставшего на пути войны, но раздавленного безжалостной властной машиной и вынужденного эмигрировать.
Но задолго до того, как танки вермахта пересекли границу, нацистские власти уже вовсю проявляли свою агрессивную сущность. Год за годом они жестоко расправлялись с инакомыслием и антивоенными выступлениями, насаждали агрессивную пропаганду, целенаправленно разрушали мыслящий культурный слой германского общества, ниспровергали моральные авторитеты и одурманивали народ лживыми лозунгами, разжигая в нем низменные инстинкты и желания. Костры из книг 10 мая 1933 года стали зловещей и пророческой репетицией той всесжигающей войны, которая вскоре накроет всю Европу.
Есть ещё одна память, связанная с этой датой. 22 июня 1898 года, ровно за 43 года до той роковой рассветной поры, в немецком Оснабрюке родился тот, кто попытался встать на пути нацистского рейха — писатель, которого гитлеровцы сжигали на кострах, лишали гражданства и травили как «предателя нации». Его звали Эрих Мария Ремарк. Его судьба — это пример талантливого голоса, вставшего на пути войны, но раздавленного безжалостной властной машиной и вынужденного эмигрировать.
Сегодня, 22 июня 2026 года, исполняется 128 лет со дня рождения Эриха Марии Ремарка. Для «Русского Зарубежья» его судьба особенно важна не только как часть общеевропейской культуры, но и как наглядный пример трагедии изгнанничества, напрашивающегося на ещё одну аналогию — с судьбой Томаса Манна и других деятелей немецкой эмиграции, ставших чужими на родине.
Родившийся в семье книжного переплётчика, Ремарк на собственном опыте познал ужас Первой мировой. Призванный в 1916 году, он был тяжело ранен осколками гранаты и провёл остаток войны в госпиталях. Эти переживания легли в основу его главного романа «На Западном фронте без перемен» (1929), который мгновенно стал сенсацией, разойдясь тиражом в полтора миллиона экземпляров за год и будучи переведённым на 26 языков.
Однако именно этот успех и стал приговором писателю в глазах зарождающегося нацистского режима. Как и в случае с Томасом Манном, которого национал-социалисты объявили «духовным врагом» ещё до официального прихода к власти, Ремарк подвергся систематической обструкции за свой гуманизм и неприятие войны.
Травля, обвинения и «показательный процесс» над книгами
Приход Гитлера к власти 30 января 1933 года стал для Ремарка точкой невозврата. Уже на следующий день он был вынужден навсегда покинуть Германию. Но главные унижения были впереди. 10 мая 1933 года на Опернплац в Берлине и в других городах страны состоялось печально известное сожжение книг. Толпа в факельном свете скандировала: «Нет — писакам, предающим героев Мировой войны. Предать огню сочинения Ремарка!»
Официальный нацистский лозунг гласил: «Против литературного предательства солдата Мировой войны, за воспитание народа в духе правдивости!» — романы Ремарка были объявлены «пораженческими» и «оскорбляющими немецкого солдата».
Против писателя была развернута массированная пропагандистская кампания. Главная газета нацистов «Völkischer Beobachter» («Фёлькишер Беобахтер») называла роман Ремарка «вторым ударом ножа в спину» армии, которая, по мифу националистов, «не была побеждена в бою». Писателя обвиняли в дискредитации памяти павших и очернении германского вермахта.
В адрес Ремарка с государственных трибун и в средствах массовой информации звучали обвинения в «литературном предательстве» — его называли предателем интересов немецкого солдата, оклеветавшим окопное братство; в «оскорблении армии» — утверждалось, что в романе «с циничным удовольствием размазываются по грязи каждый грязный и отхожий эпизод траншейной жизни»; писателя обвиняли как «агента Антанты» и вражеского шпиона, распространялся слух, что он «на самом деле еврей Крамер» (анаграмма фамилии Ремарк), который пишет по заданию победителей в Первой мировой войне для разложения немецкой нации; доходило и до обвинений в «дезертирстве и трусости» — несмотря на то, что Ремарк был ранен на фронте и награждён боевой наградой Первой мировой - Железным крестом I степени (факт, который он позже скрывал), пресса клеймила его как дезертира и «уклониста». Одна из самых громких статей называла его роман «ликующей апологией дезертиров, перебежчиков, бунтовщиков и уклоняющихся».
Фильм «На Западном фронте без перемен» (1930), получивший «Оскара», был запрещён к показу на всей территории германского рейха. Сам Геббельс лично организовывал погромы в кинотеатрах, используя белых мышей и вонючие бомбы для срыва сеансов.
Изгнание, лишение гражданства и заочный приговор
В 1938 году нацистский режим нанёс очередной удар: Ремарк был официально лишён немецкого гражданства. Это действие автоматически означало заочное осуждение писателя как «врага народа» (Volksfeind). Его имущество в Германии было конфисковано, а все издания книг уничтожались.
Как и многие деятели «русского» и «немецкого» зарубежья, он стал человеком без родины, поселившись сначала в Швейцарии на вилле «Каза Монте Табор», а затем, спасаясь от надвигающейся войны, эмигрировал в США в 1939 году. В интервью того периода Ремарк заявлял: «Я больше не немец. Я не мыслю по-немецки, не чувствую по-немецки. Даже если бы захотели вернуть гражданство, я бы не взял его».
Кульминацией жестокости режима стала расправа над семьёй писателя. В 1943 году его младшая сестра, Эльфрида Шольц, была арестована за антивоенные высказывания. В приговоре судья цинично заявил: «Ваш брат, к сожалению, скрылся от нас, но вам не уйти». Эльфриду казнили 16 декабря 1943 года. Эрих Мария Ремарк узнал об этом лишь после окончания войны и посвятил её памяти роман «Искра жизни» (1952).
Параллели Зарубежья
Судьба Ремарка удивительным образом перекликается с судьбой его кумира — Томаса Манна. Оба принадлежали к одной культуре, оба были изгнаны нацистами, лишены гражданства, а их книги горели на кострах. Оба, оказавшись в США, представляли ту самую «другую Германию», Германию Гёте и Шиллера, которую режим пытался уничтожить.
«Напрашивается ещё одна аналогия между немецким и русским Зарубежьем, — отмечают исследователи. — Как Бунин или Набоков для русских, так Ремарк и Манн для немцев стали голосами тех, кто потерял родину, но не потерял себя».
В 1967 году, уже тяжело больным, Ремарк получил орден «За заслуги перед ФРГ», однако немецкое гражданство ему так и не вернули — формально приговор нацистского суда (лишение прав) так и не был отменён в полном объёме. Умер он 25 сентября 1970 года в Локарно, похоронен в швейцарском кантоне Тичино.
В день рождения великого писателя, одного из самых читаемых авторов в современной России, мы вспоминаем его подвиг писателя и гражданина, который, несмотря на ложь, угрозы, смерть близких и изгнание, остался верен правде о войне и человечности.
Фото из открытых источников.